Общими словами, я не очень хорошо воспринимаю указания светских властей (перенос Нового года), когда мне праздновать Рождество.

О! Вот это действительно поворотная точка.

Иудаизм и христианство понимают слово "спасение" настолько по-разному, что нам необходимо пользоваться различными словами. Давайте-ка в случае иудейства пользоваться словом "избавление".

Иудеи не верят в спасение вообще. Им не от чего спасаться. Они не несут на себе первородный грех и не верят, что от поступка Евы надо до сих пор отмываться. Тут уже получилось бы не до 7-го колена -- а во веки вечные! Иудей не верит в наказание на вечность. Наже если наказание и простирается за грань смерти -- это года на два! Да и тут мы углубляемся в фарисейскую/раввинскую мистику, где всё принципиально покрыто мраком. И посему, наличие Спасителя не имеет никакой необходимости, и не имеет причины. Это фундаментальное христианское нововведение, присущее лишь этой великой религии.

Иудеи сосредоточены на избавлении. Избавлении от врагов Израиля. Подобное избавление (в отличии от спасения) предполагается быть немедленным, и уж точно при жизни. У нас всё это значительно более прозаично, и полностью соответствует Законам Моисея, который ни разу не упоминает о спасении и загробной жизни -- ни единого раза!

Иудей надеется на избавление от пригрешений, и не только своих -- но и всего народа. Иудаизм не является личной религией! Это общинная религия. Пригрешение одного является пятном на всех. Я преднамеренно называю это пригрешением, а не грехом, что опять различить понимание этого слова иудеями и христианами. Павел как-то пытался чудным образом выразить эту мысль (не помню, где) примерно так: душа моя чиста, но я не чист в злодеяниях других, и я буду судим за это. Какие замечательные слова! Какая колоссальная личная ответственность, и насколько по-еврейски! Интересный был человек.

Идея мессианства появилась в иудействе у (второ)Исаи (их было два, +-300 лет разница) приблизительно во времена предшествующие разрушению Храма. Идея была далее развита Иеремией и последующими фарисеями в течение 500 лет. Именно эту идею и подхватил Иисус и сделал ее центральной темой своей веры, всё еще иудейской. Она привилась и в иудаизме, но далеко не так как в христианстве. Опять-таки, основное различие -- даже Мессия (с большой буквы) играет роль избавителя от реальных (не дьявольских) врагов и возвращения Закона Справедливости.

От Моисея до Исаии мессия был любым "помазанным" человеком, т.е. любой царь или военначальник, прложивший руку к сокрушению врагов. В этом смысле, Арик Шарон является мессией. Вот какое огромное расстояние между понятиями греха, спасения и мессианства между иудеями и христианами. Разумеется, никакой речи о переемственности быть не может. Почему же христиане так на ней настаивают? Настаивают до такой степени, что изменили порядок книг в ВЗ? Уверен, что это Вы знаете. Христианству необходимо быть "привитыми" к древу Авраама как доказательство, что они верят в того же Бога.

Я не сомневаюсь, что они верят в того же Бога. Но я не сомневаюсь так же, что и мусульмане, и шинто, и буудисты верят в того же Бога! Но верят настолько по разному, настолько иначе, что даже сам фокус религии смещен. Ну и что! Бог -- велик, он создал множество людей, и всех наделил свободой воли найти свой путь к Нему. Не в коммунизм же шагаем!

В этом есть что-то замкнутое, закрытое, а уж "прозелитизмом" здесь и не пахнет даже. И так ощущается здесь отличие от христианства. Наверное, ошибаюсь, но кажется даже в чем-то очень архаичным... Но и необходимое, как цемент для сохранения народа.

Боже ты мой, да когда же христиане начнут читать НЗ, а не только картинки раскрашивать? Уж простите меня за срыв!

Начните тут (Гал. 2):

11Когда же Петр пришел в Антиохию, то я лично противостал ему, потому что он подвергался нареканию.

12Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных.

13Вместе с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием.

14Но когда я увидел, что они не прямо поступают по истине Евангельской, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?

Сравнивайте с Деяниями. Поймите, наконец, что Иаков, и другие посетители Павла, всё еще настаивают на кошерности и обрезании; Петр сомневается во всём, при Павле ведет себя так, при Иакове -- иначе; Варнава -- буквально оруженосец Павла и 100% ему преданный человек -- тоже задумался, не далеко ли Павел пошел в своей реформе? Тут не тактика. Тут вопрос принципиальный -- христиане, они иудеи или нет?

Нет у меня ни времени, ни возможности провести доскональный анализ Галахов и Деяний, Павла и Луки, Петра и Иакова. Вам интересно почитать подобный анализ одного из лучших католиков-историков нашего времени? Читайте Джонсона Историю Христианства. Он не страшится этих противоречий и дебатов -- он встречает это в лоб. От его анализа христианство не слабеет, а лишь крепчает, поскольку он не увиливает и не выметает из избы принципиальные разногласия.

Как всегда всё зависит от мировоззрения. Для одного, Распятие есть искупление, для другого -- человеческое жертвоприношение совершенное Самим Богом!

Так и с архаичностью. Одному это пахнет плесенью, другому -- вечностью.

Бог нет, а человек - да.
новые апстаятельства -
как раз постепенное изменение (взросление?) человека

Если бы я не нес -- меня бы вообще не было. И тебя бы не было. Был бы лишь Адам с супругой. Так это "грех" или Дар Жизни?

Кстати, вопрос о том, верят ли мусульмане в того же самого бога рассматривался некиим собором в Константинополе в ответ на настойчивое требование императора признать, что Бог христиан и магометан один и тот же, и собор нашел смелость ответить "нет". В связи с политическими ходами это решение не потребовалось (и без него все было сделано к удовольствию церковников), но такое решение есть. Но это так, исторический куриоз.

Быть может, Иисус является лишь наглядным воплощением (не Бога -- я же иудей!) а всего народа Израилева. Быть может, весь наш народ Божий идет на крест всю свою историю, ежедневно. Шагает средь народов, безоружный, беззащитный, упрямо держится за своего Творца, за что бьет его каждый, кому не лень, хоть римляне, хоть христиане, хоть мусульмане, да и свои доморощенные демагоги тоже впридачу. Нам Бог сказал, и поручение дал -- быть светом разума и веры для народов мира, вот только скрыл от нас, во что это нам обойдется.