Попытка посмотреть - на 4хмерный кубик или на всю речь одним взглядом - попытка увидеть невидимое и незнаемое.

Но верно осознать, что именно понимаешь под словом, которое употребляешь - это другое. Это стремление разглядеть детали видимого, чтобы не путать х с пальцем. Или мораль с механизмом.

("Кой черт "механизмом"? Видишь - вручную!")

Слово - часть речи. А речь - семантическая система, с помощью которой можно более или менее адекватно описывать реальность. По крайней мере, видимую ее часть. А можно и наоборот. Всячески ее затушевывать, запутывать и уводить от нее.

Ей также можно пользоваться для создания стереотипов или для разрушения их. Все зависит от цели и искусства владения речью.

Не стоит принижать речь. Без нее ты понятья не имел бы не только о вере и верности, но и о Гурджиеве или Успенском. И их идеях.

Слова "право" и "произвол" (как и х с пальцем) отличаются друг от друга не только звучанием и написанием, но также значением и смыслом. Но и как слова-понятия, они обладают определенными речевыми связями, с помощью которых их можно отличать друг от друга и других слов. Если об этом не забывать, то и мораль с механизмом не спутаешь.

"Мои рассуждения о морали и праве" являются объективной речью не менее, чем любая другая объективная речь.

А работу понимания я всемерно облегчаю читателю тем, что применяю наиболее простые слова с наиболее отчетливыми речевыми связями. Причем особо и специально учитываю естественно сложившиеся коннотации и стараюсь насколько возможно снизить их влияние.

Но, плз, давай говорить конкретней:

Итак, мораль. Именно она придает праву положительную коннотацию (право лучше произвола). Это доказуемо, как в рамках речи, так и в "трехмерной" реальности. При условии, что сама мораль - реальна и ее речевые связи в основном верны.

Однако признание морали механизмом уничтожает ее реальность. И следовательно, лишает право преимущества перед произволом. И следовательно, приводит к тому самому гуманистическому торжеству "толерантности и политкорректности", которое мы уже вроде бы обсудили.

Разумеется в данной логической цепочке имеются большие лакуны (я же не пишу здесь трактаты), в расчете на самозаполнение (сапиенти сат), либо на дополнительные вопросы в режиме диалога.

Так никто и не заставляет. Просто, если речь идет о ее месте в речи, следует понимать, что без морали речь теряет большую часть своей информативности и познавательности. Если не всю. Коннотации обессмысливаются напрочь и становятся чисто инстинктивными.

Но и в самой реальности полностью теряются осмысленные ориентиры.

Миша, я боюсь, что ты сводишь мораль (как витяд и его присные) к межчеловеческим взаимоотношениям, а "хорошо-плохо" - к "альтруизм-эгоизм". А это неверно. Мораль прежде всего - система оценок. Если отказаться от нее полностью, то что, к примеру, толку от правоты? Допустим, ты прав. Ну и что? Что дальше?

Если из твоей правоты ничего не следует, то из моей неправоты следует не меньше. Как и из неправты гитлеров-сталиных-чикатил. И тех пидриотов, что обзывают все такие обсуждения "еврейскими штучками".

Если обсуждение копрофагии и каннибализма - не более, чем спор о вкусах, то и Гурджиев в том же ключе та же машина, как и все остальные - но просто испорчена по-собому.

Основной вопрос, на который отвечает "общественная мораль" (или реципрокальный альтруизьм) - что должно выбирать?
Этика, чтобы быть учением, обязана отвечать на вопрос - почему что-либо должно? Именно этого вопроса тщательно избегают атеисты и "реципрокальные альтруисты".

"Должно" - крайнее категоричное выражение понятия, согласно которому любой частный выбор может быть "объективно" предпочтительным. И вот тут, Миша, вопрос стоит ребром: либо существует для разумного существа разумная основа объективной предпочтительности, либо - нет. Если нет, значит нет этики, истинной морали, а все коннотации - порождение материальных воздействий на материальную природу материальных инстинктов и прочих электрохимических механизмов. Спорить не о чем, а по большому счету и некому. О чем могут спорить химические реакции? Даже если они производят звуки, которые в буквах выглядят: "Я - Миша-Ниндзя, и я прав".

Но если за этими звуками что-то осмысленное кроется - придется признать, что осознавать это предпочтительно. А разумному существу еще и задаться вопросом: "А почему, собственно?"

Заметь: я ни слова не сказал о метафизике или пост-метафизике. Вот это здесь - полный оффтоп.

В рамках речи реальность разумной основы для предпочтительности доказываетеся однозначно ад абсурдум.
Действительно, если ничто не является предпочтительным, то и любой порядок звуков или знаков равен любому другому и является речью. Что нелепо.
Танцуя отсюда, легко убедиться, что все правила речи являются предпочтительными объективно, потому что без соблюдения оных речь не может служить своему предназначению.

Это - доказательство.

Не нужно тебе доказательство - не стоит о нем и говорить. Но если нужно, а ты сомневаешься в возможности - получи и опровергай. Если можешь.

Но доказательство, что я тебе привел - вполне корректно. И столь же корректно можно доказать реальность морали в трехмерном мире. Правда несколько более громоздко.

А Гурджиев... Миша, я бы с ним лично потолковал на эту тему. И прежде всего, чтобы понять его правила речи. Которые отличаются от "общепринятых" так же, как и правила речи Судзуки и других дзенцев.

Но заметь все же, что и говорят они о вещах, значительно более глубоких и интимных, чем мораль и предназначение.

Их они просто минуют. А я - нет.